История тройного убийства, которое никто не смог раскрыть
Валуйки — маленький городок на 30 тысяч жителей. Самая южная точка Белгородской области. Отсюда до границы с Украиной 20 километров. Тихий город в лучших традициях «Настоящего детектива» хранит свой жуткий секрет. В августе 2017 года здесь расправились с семьёй крупных местных бизнесменов Шевченко. Мать, отца и сына жестоко убили в их собственном доме. На их телах кто-то оставил таинственные знаки.
В помощь белгородским сыщикам из Москвы прислали следователей. Группа предположила, что эти символы могут быть связаны с воровским миром. Спустя год в деле даже появился подозреваемый: соседа убитых бизнесменов арестовали и отправили в СИЗО, но вскоре были вынуждены отпустить за отсутствием доказательств. И теперь, спустя полтора года, расследование окончательно зашло в тупик. Впрочем, следователя, руководившего поиском убийц, повысили.
Часть I
Где трое, там и четверо. А где четверо, там и пятеро. Если бы мы от них в тот вечер не уехали, нас бы там тоже положили.
Олег Орлов (имя и фамилия героя изменены. — Прим. ред.) — бизнесмен. 18 августа 2017 года он вместе с женой гостил у друзей — Сергея и Лидии Шевченко.
Семья Шевченко владела крупнейшими торговыми точками в Валуйках: в собственности как минимум семь магазинов. Продавали стройматериалы и ювелирные изделия. Их двухэтажный коттедж — один из самых богатых в городе.
Про хозяина этого дома — 55-летнего Сергея Шевченко — в городе говорили: «Хороший мужик, в беде не бросит и с работой поможет». Впрочем, главой семьи, по сути, была 56-летняя Лидия: всем бизнесом заведовала именно она.
Евгения, Лидия и Сергей
Фото: личный архив Олега Орлова
Нрав у неё жёсткий и грубый, но для предпринимателя то, что нужно. В вечер, когда их убили, мы выпили пару бутылок шампанского, обсудили новости и бизнес. Женя, их единственный сын, поиграл на гитаре — любовь к музыке у него от отца. Серёга, до того как заняться бизнесом, преподавал в музыкальной школе. Допили вторую бутылку в районе 9 вечера. Попрощались и уехали.
На следующий день, в субботу, жена Орлова попыталась дозвониться до Шевченко: узнать, не болит ли голова после вчерашнего и какие планы на выходные. После нескольких неотвеченных звонков женщина отправилась к друзьям домой. Дверь в коттедж была открыта. Гостья заглянула внутрь и через несколько секунд выбежала на улицу. Стараясь не упасть в обморок, она вызвала полицию.
Олег Орлов
Часть II
Следователи восстановили картину страшного преступления, произошедшего под крышей особняка бизнесменов. Спустя два часа после ухода Орловых (около 23:00) супруги Шевченко впустили кого-то в свой дом.
Первой погибла Лидия Шевченко. Убийцы застали её в комнате на первом этаже. Сначала женщине прострелили ногу. Затем долго и жестоко избивали: проломили голову тяжёлым предметом, три раза чем-то проткнули область поясницы. В конце концов бизнесвумен добили выстрелом в голову.
Сергея убивали так же безжалостно. Крепко сложенного бизнесмена сначала сильно избили: выбили несколько зубов, сломали нос и челюсть, а потом выстрелили в шею. Пуля прошла навылет, задев сонную артерию, — Шевченко-старший скончался от сильной кровопотери.
29-летний сын Шевченко Евгений, спасаясь от преступников, успел взбежать по лестнице наверх. Однако его быстро догнали и выпустили несколько пуль, правда, они прошли мимо цели и застряли в стене. Возможно, в пистолете просто кончились патроны, и тогда Евгения начали избивать тем, что подвернулось под руку, — электрогитарой. Судмедэксперты насчитали как минимум 12 ударов.
…смерть наступила от открытой черепно-мозговой травмы, компонентами которой являются: перелом правой теменной кости, левой теменной кости, затылочной кости, перелом лобной кости справа и слева, перелом костей носа […] ушиб головного мозга, кровоизлияние под мягкой оболочкой мозжечка, ссадины, кровоподтёки…
Если переводить с языка криминалистов на человеческий — его избили до смерти.
Дом семьи Шевченко.
Фото: «База»
На груди Лидии полицейские обнаружили балалайку. Убийцы сложили руки женщины так, будто она обнимает её деревянный корпус. Позже и друзья, и знакомые семьи Шевченко вспоминали, что в доме предпринимателей такого музыкального инструмента никогда не водилось.
«Было очевидно, что это какой-то символ. Знак. И его оставили именно убийцы», — рассказал нам на условиях анонимности один из сотрудников, расследовавших убийство.
На груди Сергея Шевченко ближе к правому плечу оставили икону Николая Чудотворца.
Сегодня любой таксист в Валуйках расскажет, что балалайка и святой образ — это далеко не всё, что нашли тогда в доме. Якобы ещё одну икону преступники оставили на лбу Лидии, на плечи её мужу положили игральные карты, а рядом с телом их сына — игрушечный пистолет.
«Балалайка была у Лидии, икона была только на груди Сергея Шевченко. А всё остальное — это уже слухи и домыслы. Так часто бывает, когда преступление резонансное, а следствие тянется долго. Люди начинают обсуждать, додумывать. Но то, что знаки были и они были специально оставлены убийцами, — это совершенно точно», — добавляет собеседник.
Чтобы расшифровать символы, следственная группа объездила близлежащие церкви, опросила местных уголовных авторитетов и даже посоветовалась со знатоками российского воровского уклада. Выяснилось, что на языке блатного мира «балалайка» — это символ бахвальства и пустозвонства. Тот, кто положил её на грудь женщины, как бы давал подсказку: она либо много лишнего болтала, либо не выполнила какое-то обещание. А икона на груди у правого плеча, оставленная на теле Сергея Шевченко, означала, что он — правая рука главы (в данном случае главы семьи, которой фактически была Лидия).
Друг убитых Олег Орлов тоже уверен, что предметы на телах оставили «для бандитского форса». Только значение этих знаков он видит немного иначе.
Олег Орлов
Может, хотели запутать следствие, а может, указывали, что Лидия много языком трепала попросту. А иконой перед Сергеем извинились. Он как бы под руку попал. Николай Чудотворец ведь мученик.
В истории было немало преступников, которые оставляли «автографы» на телах своих жертв.
Американский серийный убийца, прозванный Бостонским Душителем, «украшал» шею или щиколотки своих жертв бантиками, которые изготавливал из лифчиков, трусиков или других деталей их нижнего белья.
В Италии маньяк из города Местре убивал мужчин выстрелами из пистолета. При этом он заранее извещал СМИ о предстоящем преступлении и оставлял около каждого тела игральную карту с изображением короля. В 2001 году убийцу поймали, а в его доме обнаружили колоду карт без 4 королей и вырезки из газет, освещавших его деяния.
В США взяли серийного убийцу, который клал рядом со своими жертвами их водительские права и ключи от машины.
По словам психологов, «автографы» на жертвах, как правило, оставляют маньяки, склонные к серийным убийствам, например, на сексуальной почве. Это выражается в отделении частей тела, во введении в полость женских половых органов, в рот и анальное отверстие потерпевших тупых или острых предметов, в придании одних и тех же поз, при этом делают они это осознанно. Часто они пренебрежительно относятся к действиям полиции, как бы бросая ей вызов.
Впрочем, одна деталь может говорить о том, что убийцы, оставившие музыкальный инструмент на теле Лидии, хорошо её знали. Любимым выражением бизнесвумен было «Балалайку тебе!».
«Лидия Фёдоровна была стервозная женщина. Она разговаривала жёстко со всеми и матом могла послать своих работников. Если не с той ноги встала, то всё — попали все. Просят заплатить за работу или, наоборот, в долг хотят взять, а она часто в таких случаях говорила „балалайку тебе“ — ну, типа, „а больше ничего от меня не хочешь?“», — вспоминает Владимир Курчевский, сосед семьи Шевченко.
В Белгородской области сделали всё, чтобы скрыть подробности резонансного преступления. «Управление С К РФ по Белгородской области возбудило уголовное дело в связи с тройным убийством, совершённым в городе Валуйки. В настоящее время рассматривается несколько версий данного убийства», — в сухих строчках пресс-релизов не было ни намека на знаки или на жестокость преступления.
Основной версией журналисты, ссылаясь на источники в следкоме, называли ограбление. Вот только сами следователи хорошо знали, что это не так: ворота и двери были целыми, следов взлома не обнаружили, сигнализация была отключена. Самое главное — из богатого дома ничего ценного не пропало.
Тройное убийство, да ещё с элементами ритуальности, — случай не рядовой. Поэтому неудивительно, что на помощь белгородским оперативникам были отправлены коллеги из Москвы.
«Тут их было половина гостиницы в первый месяц после убийства. И белгородские, и московские. Начали всех опрашивать, искать. Одних экспертиз больше 20 штук провели. Возможно, в главке из-за предметов на телах подумали, что маньяк какой-то появился», — рассказал один из оперативников, работавший над делом в Валуйках.
Правда, когда шумиха поутихла, а руководство СКР и МВД поняло, что подробности убийства удалось скрыть от журналистов, московских гостей отозвали, а белгородские и валуйские продолжили расследование с гораздо меньшим энтузиазмом. Тем более что зацепок было «кот наплакал»: ни отпечатков, ни свидетелей, ни результатов биллинга. Кто бы ни убил семью Шевченко, сделал он это так, что выйти на его след было очень сложно.
Часть III
За год следствие, несмотря на внушительные силы из Москвы, не продвинулось ни на шаг. Поэтому сообщение местного отдела СКР о том, что подозреваемый в убийстве Лидии, Сергея и Евгения задержан, стало настоящей сенсацией.
55-летнего Владимира Курчевского — соседа семьи Шевченко — забрали в отделение в сентябре 2018-го. По версии следователей, убитые хорошо знали Владимира, а потому впустили к себе. Войдя в дом, он якобы расстрелял из пистолета, похожего на макаров, Лидию и Сергея, а после этого забил до смерти их сына электрогитарой.
Владимир Курчевский свою вину не признавал, но суд принял доказательства следствия и отправил мужчину в СИЗО. Во время обыска у него дома обнаружили охотничье ружьё, несколько патронов для него и марихуану. Ещё одна причина для подозрения — Курчевский отсидел 10 лет за убийство, совершённое в 90-х. А самый главный аргумент следствия — экспертиза показала, что на балалайке, оставленной на трупе Лидии Шевченко, нашли следы пота Владимира.
С адвокатом Курчевского — Александром Ласуновым — мы встречаемся в небольшом кабинете валуйской адвокатской коллегии. Он сразу достаёт огромную папку с документами: постановления суда, десятки апелляций. Всё это бумаги по защите Курчевского. У защитника за спиной 10 лет работы следователем и 30 лет адвокатской деятельности. С убитым Сергеем Шевченко адвокат дружил практически с самого детства. Последние несколько лет он как юрист помогал ему с Лидией вести бизнес.
Адвокат Владимира Курчевского Александр Ласунов.
Фото: «База»
Для своих строительных объектов семья Шевченко часто нанимала украинцев. Договоры с ними не заключались, платили по старинке — наличными на руки.
«Характер у неё был действительно скверный, домой к ним совершенно не хотелось, — рассказывает адвокат. — Лидия держала весь бизнес семьи в жёстких руках. Но именно она в своё время затеяла бизнес, а уже потом подтянула сына и мужа».
У них в магазинах и на стройках часто работали приезжие с Украины. До границы всего 20 километров. Вот и брали они хохлов к себе на работу. Но Лидия платила далеко не всем, могла и послать.
Александр Ласунов
Вот и Лидия Шевченко незадолго до смерти задолжала своим рабочим полтора миллиона за постройку фундамента. Это, по мнению адвоката Ласунова, вполне могло стать причиной убийства. Фирменную присказку бизнесвумен — «Балалайку тебе, а не деньги» — Ласунов тоже часто слышал.
Случаи так называемого кидалова в Валуйках не редкость. Предприниматели расскажут вам, что строители просят аванс и пропадают, а работяги пожалуются на бизнесменов, которые отказываются платить, несмотря на то что всё сделано в срок.
Мы едем по центральной улице Валуек на старенькой «ниве». За рулём пожилой мужчина со смешной бородкой и в очках с жёлтыми стёклами. Это тот самый Владимир Курчевский. Перед встречей с обвиняемым в убийстве ожидаешь увидеть здорового крепкого мужчину в тюремных татуировках. А Курчевский невысокий, улыбается редкими зубами, подмигивая подслеповатым правым глазом. В то, что он в одиночку смог бы забить до смерти физически развитых мужчин, какими были отец и сын Шевченко, верится с трудом.
Курчевский был знаком с Сергеем Шевченко ещё со школы. Они вместе учились с разницей в один класс. После школы близко не общались. Снова сошлись десять лет назад: сначала Шевченко позвал друга помогать по стройке на новых объектах, а потом крестил внука Курчевского.
Иметь в кумовьях такого человека, как Сергей, многие в Валуйках бы хотели.
Олег Орлов
Шевченко периодически бывал дома у Курчевских — заезжал проведать крестника и обсудить с другом дела. Последний раз такой приезд Сергея был за неделю до смерти, ни о каких угрозах в свой адрес он Владимиру не рассказывал.
«Если бы что, он бы мне сказал», — уверен Курчевский.
Приезд полиции и следователей стал для Курчевского полной неожиданностью. В доме они нашли ружьё, патроны и коноплю.
Владимир Курчевский.
Фото: «База»
«Ружьё отцовское. Конопля для рыбалки. Да и Сергея убили из макарова, а ружьё тут при чём?» — удивляется мужчина.
Следующие пять дней супруге Владимира пришлось искать его по всем местным отделениям МВД, Следственного комитета и даже в моргах.
Владимир Курчевский
Они похитили меня из Валуек! Похитили от жены и вывезли в Белгород, где закрыли на двое суток, оттуда меня на суд и дали два месяца. Доказательства! Там фигурировал какой-то запаховый след на балалайке, якобы мой. Я в жизни балалайки не видел и не держал в руках. Я вообще не играю ни на каких инструментах. Мне сразу сказали: «Подпишешь признание — получишь нормальную камеру».
По словам Владимира, уже через неделю после задержания, но ещё до постановления суда об аресте над ним начали издеваться. По ночам ставили громкую музыку, так что невозможно было спать. Днём приводили в камеру новых людей.
«Приводили к нему психов, чтобы довести», — рассказывает жена Курчевского Валентина.
Владимир Курчевский.
Фото: «База»
Владимир признание не подписал. Более того, сам настоял на прохождении полиграфа, хотя адвокат и отговаривал.
Владимир Курчевский
Если я невиновный, чего мне скрывать? Я два раза его прошёл. И оба раза полиграф показал, что я никакого отношения к убийству не имею.
Главную улику следствия — экспертизу следов пота на балалайке — Владимир считает выдуманной. Ни сам обвиняемый, ни адвокат, ни судья не увидели результатов этой экспертизы в материалах дела. Сторона обвинения лишь ссылалась на неё, но так и не предоставила.
Михаил Терне — следователь, который вёл дело об убийстве, — отказался отвечать на вопрос об экспертизе и проигнорировал просьбу о встрече.
Пожалуй, главный аргумент защиты Курчевского — его алиби. Шевченко убили в 23:00, а Владимир в это время вместе с соседом и женой доделывал у себя дома ремонт. Отсутствие прямых улик, выдуманная следствием экспертиза, два отрицательных полиграфа и алиби — эти факты убедили суд в невиновности Курчевского. Спустя два месяца нахождения в СИЗО его — единственного обвиняемого — пришлось отпустить.
Александр Ласунов
Следствие запуталось. За полтора года у них ничего нового нет. Сейчас они меня просят им помочь. Следователь по этому делу звонит мне и просит сделать вид, что Курчевский болеет. Понятно, для чего ему это нужно, — если главный обвиняемый заболеет, дело о убийстве семьи Шевченко можно будет приостановить и оттянуть момент признания собственной беспомощности.
Следователь Михаил Терне.
Фото: belgorod.sledcom.ru
«Этот Михаил Терне — следователь по делу — новые погоны получил, когда Володю закрыл. В СИЗО у мужа был микроинсульт, неделю у него половина тела была парализована, потому что никаких таблеток не давали. 17 декабря 2018-го его освободили, и практически месяц он у меня лежал. Зрение у него сильно упало, психику нарушили. Вот такая у нас теперь семейная жизнь», — жалуется жена Курчевского.
Друг семьи Шевченко — Олег Орлов — тоже уверен, что Курчевский «никого убить не мог», но следователей оправдывает.
Его задержали намеренно, чтобы настоящий убийца расслабился.
Олег Орлов
Это сейчас Олег Орлов — бизнесмен, а когда-то он работал следователем в валуйском следкоме вместе с адвокатом Александром Ласуновым. По словам Орлова, убийцу семьи стоит искать среди местных. Ведь дом был на центральной сигнализации, а следов взлома на двери не было. Да и для маленьких Валуек в восемь вечера жизнь уже заканчивается.
«Чтобы впустить человека в дом в 23:00, нужно быть уверенным в нём, знать его лично не один день, — рассуждает Орлов и тут же отрицает версию ограбления: — У Лидии Шевченко действительно были недоброжелатели. За годы бизнеса их скопилось порядком. Были и те, кому она должна. Но все знали: денег дома Шевченко не хранят».
Прямых конкурентов у Шевченко не было. В строительной и торговой сфере они практически монополисты. Правда, для ювелирного магазина незадолго до смерти они стали заниматься контрабандой: ввозили из Харькова ювелирные изделия и продавали в Валуйках. Масштабы небольшие. «Это не фура даже, так, только рюкзак забить. Уж точно на тройное убийство не тянет, — заключает Орлов. — Тут, как говорили римляне, надо смотреть на то, кому это выгодно».
Часть IV
К дому Александра — родного брата Сергея Шевченко — мы подъезжаем на такси вечером. Он — единственный, кому достался бизнес убитой семьи: по наследству отошли дом, несколько магазинов и даже машина Lexus.
Александр Шевченко родился и жил в Валуйках. Потом женился и уехал в Белгород. В конце 2000-х развёлся с женой и вернулся обратно. Сергей и Лидия Шевченко уже тогда занимались бизнесом, поэтому родственника сразу взяли в долю. На него зарегистрировали несколько точек. Однако по-настоящему близки братья не были, встречались изредка по делам и на общих праздниках
После смерти семьи Александр Шевченко продал дом, в котором произошло убийство, а также стал глубоко воцерковлённым человеком и теперь поёт в церкви на воскресных службах.
Двери дома открывает коренастый мужчина, представившийся Алексеем Михайловым, — доверенным лицом Шевченко. Он переписывает паспортные данные в свой ежедневник, интересуется, где мы остановились, и обещает перезвонить.
В итоге звонят нам из местного отдела Следственного комитета.
«Шершнёв Георгий Вадимович? — уточняет старший следователь по городу Валуйки. — Мне нужно вас допросить. Заявление поступило, по делу Шевченко».
Старший следователь знал все мои паспортные данные и даже дату, когда я с оператором заехал в единственную валуйскую гостиницу. Догадываюсь, откуда у следователя информация о нашем приезде, и от встречи без повестки отказываюсь.
Позже выяснилось, что в СКР вызвали таксистку, которая отвозила нас к дому брата Сергея Шевченко. Там Светлану два часа расспрашивали о цели нашего визита. Бедная девушка так испугалась, что подумала, будто нас убили.
«В Валуйках и не такое бывает», — сказала водитель.
Могилы Сергея, Лидии и Евгения Шевченко.
Фото: «База»
Понимая, что сам Александр Шевченко со мной не свяжется, вспоминаю, что его можно найти в церкви. Выехать нужно рано: храм далеко от города, по дороге местное кладбище, где похоронены Шевченко. На то, чтобы найти могилу семьи, уходит около получаса. Три простых, слегка потрёпанных креста стоят вплотную друг к другу. Прохода к ограде нет, всё завалено снегом, из-под которого прорезается сухая трава. На крестах таблички с надписями — Сергей, Лидия, Евгений — и номера захоронений. Выглядят могилы запущенно.
В церковь ехали зря. На этот раз на воскресную службу Александр Шевченко не пришёл. Ни он, ни его доверенное лицо с нами так и не связались.
Часть V
В 2013 году неизвестные подожгли магазин «Каскад», принадлежащий семье Шевченко. Товар стоимостью в несколько миллионов рублей полностью сгорел. Тогда к Сергею пришёл местный полицейский по фамилии Татаринцев. Мужчина к тому времени шесть лет проработал в уголовном розыске, собирался уволиться и заняться частным сыском. Первым его делом в роли детектива мог стать поджог магазина Шевченко. Татаринцев пообещал Сергею за вознаграждение найти поджигателей «Каскада».
Сергей Шевченко тогда записал мента на диктофон. И отнёс эту запись в полицию его же начальству.
Олег Орлов
Магазин «Каскад», принадлежащий семье Шевченко.
Фото: «База»
Карьера частного сыщика сразу же покатилась под откос. В отделе Татаринцева пригласил к себе в кабинет заместитель руководителя угрозыска Алексей Генераленко. Также там находился и сотрудник управления угрозыска Сергей Дружинин. Вдвоём они обвинили Татаринцева в поджоге и стали выбивать из него признание.
Из материалов суда: «В кабинете Генераленко стал оскорблять Татаринцева, говорил, что он наркоман, что он поджёг магазин „Каскад“, спрашивал, для чего он приходил в данный магазин после поджога… Сотрудник уголовного розыска Дружинин закрыл дверь на защёлку, после чего нанёс ему удар в область левого глаза, а Генераленко сразу же нанёс Татаринцеву удар в правую челюсть. Защищаясь от ударов, он согнулся, закрыл голову руками, ему наносили удары по спине».
Избивали Татаринцева несколько часов, сломали челюсть и наконец отпустили. Тогда сотрудник полиции записал видео с просьбой к Московской коллегии адвокатов о защите и выложил на YouTube.
История была громкой. Генераленко и Дружинин получили по полтора года. Их дело «о превышении служебных полномочий» тянулось около двух лет. Не исключено, что из-за хорошей крыши в прокуратуре. На сайте gulagu.net есть жалобы с обвинениями Дружинина в рейдерстве, вымогательствах и незаконном возбуждении уголовных дел. При этом «все проверки, уголовные дела в отношении сотрудников УМВД Белгородской области и ОМВД г. Валуйки, неоднократно возбуждаемые прокуратурой, впоследствии бесследно пропадали, либо вообще были изначально отказы в возбуждении уголовных дел».
Дружинина в Валуйках знают многие под прозвищем Барин. И сегодня даже у бывших коллег он не в почёте. Про него говорят: «Где Дружинин, там проблемы». Вместе с Курчевским и Шевченко когда-то он учился в одной школе.
В 2015 году после громкой истории с избиением Татаринцева Дружинин лишился всего — звания, работы в органах, доверия коллег и свободы.
Барин мог винить Сергея Шевченко. Я Сергею говорил: сходи хотя бы на суд, как-никак по твоей диктофонной записи всё это дело закрутилось.
Олег Орлов
Действительно, вся история с избиением Татаринцева и последующим судом над Дружининым началась именно с диктофонной записи, которую Шевченко отнёс в местное МВД. Почему Барин не хотел, чтобы Татаринцев занимался расследованием поджога, — вопрос, на который следствие по его делу ответа так и не дало.
Впрочем, несмотря на все свои связи, полтора года Барин отсидел полностью. И вышел ровно за шесть месяцев до смерти Сергея Шевченко. Интересно, что фамилия Дружинина в итоге оказалась в деле об убийстве семьи бизнесменов. Там он фигурирует как свидетель. Именно Барин показал, что Курчевский задолжал семье Шевченко 50 тысяч рублей. Правда, через несколько месяцев от своих показаний он отказался и перестал фигурировать в деле.
Владимир Курчевский
Появился свидетель — Дружинин, который преподнёс, что я должен 50 тысяч Шевченко, — а я ничего не должен был вообще, это выдумка. Рассказал, что я неадекватный, что бандюга по жизни, такой, без задней скорости: если пошёл вперёд, то пошёл вперёд. Ну, я за то своё преступление отбыл срок и с 2003 года, как освободился, женился, не общался с урками. У меня семья, работа, своим трудом деньги зарабатываю.
Встретиться с Дружининым лично мне не удалось: Барин уехал из городка сразу же, как о приезде журналистов стало известно местным следователям.
В 2011 году в Валуйках пропал бизнесмен. Дело не раскрыто. Летом 2016 года в селе Логачёвка, близ Валуек, в частном доме была убита семейная пара. Погибшие супруги были предпринимателями. Их тела обнаружили в доме с огнестрельными и колото-резаными ранениями. Убийцы не найдены до сих пор. В 2017 году расстреляли семью Шевченко. Тройное убийство не раскрыто, несмотря на широкий резонанс и подкрепление из Москвы.
За поимку Курчевского, которого в итоге отпустили на свободу, следователь Михаил Терне получил новую должность и сменил 30-тысячные Валуйки на 300-тысячный Белгород. Он стал старшим следователем Борисовского межрайонного следственного отдела СУ СКР России по Белгородской области.
Автор текста:
Георгий Шершнёв
Креативный редактор:
Евгения Пашковская
